Алексей Коимшиди (kromni) wrote,
Алексей Коимшиди
kromni

Categories:

София Хрисохоу из Варену


По имеющейся у нас информации мы отправились на улицу Дубаси в Салониках, где вместе с семьей своего сына Димитрия живет София Хрисохоу, долгожительница, беженка в первом поколении. Ее внучка приглашает нас войти, и София выходит к нам, с усилием опираясь на ходунки.

В рассказе о ее долгом жизненном пути иногда возникают пробелы, и она понимает это. Иногда она повторяется, плохо слышит, не очень хорошо видит. «Я знала много вещей, - говорит она, - много читала, у меня есть книги. Сейчас я постарела, не могу читать и, вероятно, не все смогу вспомнить, но расскажу вам все. что вспомню».

София охотно отвечает на наши вопросы о ее детстве в те страшные годы, когда понтийские греки всходили на свою Голгофу. «Я вышла замуж, - вспоминает она, - когда мне было 16 лет, а моему мужу 22. Я родилась в Варену, а мой муж был из Ливади, возле Имеры. В Ливади жило около 80 семей, занимались только животноводством, так как там не было сельскохозяйственных земель. Большинство мужчин работали в шахтах. Когда добыча руды в шахтах сильно снизилась из-за их выработки, многие уехали в Россию на заработки, присылали оттуда деньги, сколько могли.


В Варену, как и неподалеку в Парти были плодородные земли. и поэтому у нас были небольшие сады и огороды. Зимы всегда были суровыми. На зиму мы заготовляли запасы продуктов для себя и для скота: тушеное мясо, сухие овощи, соления, жир и другое. Собирали фрукты с немногочисленных фруктовых деревьев и делали компоты. В урожайные годы делали также пастилу – пюре из фруктов, высушенное на ткани.

В иные годы река Яглинтера разливалась и приносила катастрофические для трех кварталов (магалов) села Ливади наводнения. В каждом квартале жило пять-шесть семей. Среди них семьи Сиаманиди, Агапангелоса Фостиропуло, Сидиропуло, Лазариди, Фотиса Столиди и впоследствии священника в Панораме Павлоса Пападопуло, отца дантиста Триандриса Попадопуло.

В Ливади была церковь Св. Георгия. Икона Святого была вывезена беженцами в Панораму, где был построен новый храм в его честь. Другие иконы беженцы увезли с собой в разные места.

В Ливади действовала начальная школа на 20-30 учеников. Еще одна, большая школа была в Имере, ее посещало большинство детей. В старших классах преподавали французский. Закончившие школу отправлялись в Трапезунд учиться в греческом колледже Фронтистирио.

Напротив Имеры было селение Фомандон, там жили «клости», то есть христиане, ставшие мусульманами. Они говорили по-турецки. Они работали вместе с жителями Имеры, а также пасли скот. Во всех остальных деревнях жили только греки, говорившие по-понтийски.

С конца сентября и до апреля всегда шел снег. Снежный покров иногда достигал двух метров. С горы Арменица часто сходили снежные лавины, причинявшие значительный ущерб. Многие семьи, которые не могли переносить суровые зимы, переселялись в Трапезунд.

К Двунадесятым праздникам в деревнях в округе Имеры проводили Момогерос – народный понтийский обычай, корнями восходящий к язычеству, танцы молодых людей, переодетых сатирами.

Начиная с 1916 года и в течение всей Первой мировой войны в районе Имеры голодали. Спасало молоко, которое давал скот. Стало немного легче, когда в том же году русские заняли Трапезунд. Они принесли понтийцам надежду. Однако, это продолжалось недолго. С революцией в России русские войска отступили. Для многих греков в России революция была катастрофой. И для отца Софии, и для его родственников.

«Мой отец работал в Новороссийске, где у него был дом. Когда русские войска вступили в Понт, он поехал проведать нас. Все его знакомые передали через него деньги для своих семей. По дороге отца ограбили и он приехал в одном пальто. Он был очень добросовестным и не мог успокоиться из-за этого. Он взял в долг у Сократиса Фостиропуло, продал свой дом в Новороссийске и таким образом смог вернуть всем деньги. Про отца говорили: божий человек. После этого у отца совсем не было денег на жизнь. К счастью, мой брат сумел устроиться на работу в банк и немного помогал отцу.

Только первые 10 дней после свадьбы София Хрисохоу прожила вместе со своим мужем. Его, как и многих других, схватили турки и выслали в Эрзерум, в Армению, а после в Карс, где их заставляли чистить дороги от снега под надзором грубых турецких крестьян. Все недоедали, поэтому лопатами дырявили мешки на проходящих мимо поездах и брали оттуда ячмень. Не спасало даже это, и многие умирали от голода и лишений. Один турецкий офицер, родившийся на греческом острове и хорошо знавший греческий язык, пожалел ее мужа Феофилакта Коимшиди (псевдоним Хрисохоу он использовал, чтобы выехать из Турции по фальшивым документам). Он встретил его сильно истощенным и велел ему побриться и прийти на следующий день к нему домой. Там, в доме турка муж Софии прожил около года.

Туркам запрещалось давать приют грекам, поэтому он тайно послал письмо в Трапезунд известному понтийцу Панцо Хаджипанайотиди, который передал ему денег, а также заплатил туркам и замолвил за него слово. Таким образом Феофилакт бежал в Грецию.

Кромниота (житель кромни) Панайотиса Хаджипанайотиди все любили за его доброе сердце. Люди звали его просто Панцо. Он был образованным человеком, вел торговлю и был достаточно богат. Благодаря этому он спас очень много людей. Он платил за их жизни туркам, которые никогда не отказывались от мзды, и, таким образом, помогал грекам. которые в нем нуждались.

«Мой муж сильно страдал вплоть до прибытия в Грецию, но здесь его муки стали еще большими». София Хрисохоу была беременна и оставалась в Трапезунде. Из-за беременности она была вынуждена поехать в Варену, на родину своей семьи. Этот переезд был мучительным, особенно для женщины, которая ждала ребенка. Путешествие на лошадях и мулах длилось два дня. Сопровождали ее Бостандзис и Цилигартс. В пути лошадь, на которой она ехала верхом споткнулась, и беременная София упала, к счастью, не пострадав. Чтобы добраться до Варену, требовалось преодолеть гору Гулат, высота которой была 1500 метров. Они переночевали на постоялом дворе в Мацуке и на следующее утро отправились в Варену. Там летом она родила ребенка, а осенью отправилась в Трапезунд, чтобы выехать в Грецию.

Два дня в холод и в дождь они с ребенком ждали прибытия корабля на берегу. Как выдержать младенцу в таких условиях. Таких как она, ждавших корабль, чтобы бежать в Грецию и спастись было очень много. С большим трудом она нашла место на палубе. Ребенок не выдержал тягот пути и умер на корабле, так и не добравшись до Греции.

По пути корабль заходил в другие порты и брал на борт еще людей. Новичкам не хватало мест, и часто возникали беспорядки. В конце концов они прибыли в Константинополь.

«Где-то в середине Босфора справа были большие здания. Здесь находился Селимье, старый лагерь, где нас держали голодными девять месяцев. Чтобы найти пропитание, продавали все что имели и, все равно, едва выживали. Многие умерли в Селимье. После нас перевели в Айо Стефано, достаточно высоко от моря. Это было огромное помещение, в котором жило много народу. Здесь мы пробыли два месяца. Воздух был неплохим, была вода, и мы могли мыться. Некоторые играли на лире и пели. «Люди существуют. Одни, чтобы смеяться, другие – чтобы оплакивать свои потери».

Из Айо Стефано ее вместе со многими другими отправили опять на корабле в Каламарию, куда они прибыли глубокой ночью. После полудня погрузились на корабль, а утром были уже в Каламарии. Здесь их переправили на берег на лодках. Их не пропускали через карантин, так как считали здоровыми. «Случай помог нам, и я быстро встретилась со своим мужем. Когда прибыла, примерно через год увиделась с нашими родственниками, семьей Лазаря Панайотиди, жена которого была сестрой моей мамы. Мой муж сперва зарабатывал на жизнь оказанием мелких услуг, заготавливал дерево. Я стыдилась не работать и выполняла поручения нашего дяди. Я предложила мужу отправиться поискать работу в Салоники. Он был грамотен и сдал письменные экзамены для поступления на службу».

В Грецию в то время прибывали толпы беженцев, которых распределяли по епархиям (админ. единица). Феофилакта Хрисохоу с семьей послали в область Драма, в село Помакон в качестве работника Социального Обеспечения. «Мы устроились в селе Осеница (Сидиронеро), где встретили многих наших соотечественников из Кромни и Парти. Они все нуждались, и Социальное Обеспечение выдавало людям определенную помощь пропорционально количеству человек в семье.

Предоставили быков и лошадей для сельскохозяйственных работ и для транспортировки песка и камня для строительства домов. Выдали также немного денег на материалы. С работы мой муж возвращался всегда усталым, так как не хотел никого обидеть и потому много работал. Все жили очень бедно. Иногда кто-то приходил и просил солений, которые мы делали на родине. Когда я давала им соления, они мне говорили: «Вот теперь можно и умереть!»

В Сидиронеро мы прожили полтора года. Потом Феофилакта Хрисохоу перевели в другое село Спартиста (Перифори Нерокопиу), где также было много нуждающихся людей. В это время был предвыборный период, и возникало много беспорядков между монархистами и сторонниками Венизелоса. Здесь мы нашли соотечественников и родственников из Варену и Имеры. Здесь я родила ребенка, и, поскольку, мы были республиканцами, я назвала ее Демократи – Танаси».

В Спартисте они прожили около года. Времена были тяжелые, и Феофилакт Хрисохоу потерял работу. Они вернулись в Драму, Феофилакт работал рабочим. После в Драму прибыл митрополит Лаврентий, который добился постройки поселка Неа Кромни. Строили маленькие невысокие дома – две комнаты, прихожая и коридор. Высокий человек, когда входил, упирался в потолок. У всех домов были маленькие трубы. В Драме София Хрисохоу родила еще двух детей. Прожили в Неа Кромни вплоть до начала войны в 1940 году. «Мы отправились в Афины и добрались за три месяца. Мой муж смог найти работу. Его командировали в Верию. Я сидела с детьми наших родственников Сиаманиди. Эту же фамилию носил мой отец Димитрий. Потом мы сняли дом в Верии у семьи Панайота Харлампиди, зятя Исаака Михаилиди».

После войны Феофилакта Хрисохоу перевели в Лагкаду. Здесь они жили в одном старом доме вместе с еще одной семьей из четырех человек. Всего девять человек в плохих условиях. Через 11 лет они переехали в Салоники.

«Я зла не держу. Желаю лишь, чтобы не повторилась война. Я счастлива: у меня трое детей, шесть внуков и пять правнуков».

Никос Телидис. 19 сентября 2009 года.

Оригинал взят здесь: http://santeos.blogspot.com/2009/09/blog-post.html Перевод мой.


Очень вероятно, что муж главной героини рассказа Феофилакт Коимшиди является нашим родственником. По рассказу он происходит из села Ливади, в районе Имеры. Все села в той местности находятся достаточно близко друг к другу. Согласно карте, Ливади находится через ущелье от Варену на южном склоне реки Яглитера. Из содержания текста удается с точностью до двух лет определить дату его рождения. София и Феофилакт повенчались, когда им было 16 и 22 года соответственно, и сразу после свадьбы Феофилакт был депортирован турками на работы в Карс. Полноценно распоряжаться Карсом турки могли лишь после декабря 1920 года (занятие города войсками, договор с Арменией). Соответственно, описываемые события происходили зимой либо 1921 года, либо, что скорее, 1922 года, т.к. София покидала Понт, очевидно, осенью 1923 года, когда осуществлялся массовый обмен населения между Грецией и Турцией. Таким образом, Феофилакт родился в 1899-1900 гг.

Предположение 1.

Феофилакт – младший брат Мильтиада Анастасовича (род. 1884 г.). Разница в возрасте братьев 15-16 лет. Теоретически возможно…

Предположение 2.

Феофилакт – сын неизвестного брата Анастаса Феофилактовича, т.е. двоюродный брат Мильтиада Анастасовича. Более вероятно.


Фамилия Коимшиди происходит от турецкого "Куюмчо" - ювелир. По гречески - "Хрисохоос". Хрисохоу - дословный греческий перевод фамилии.
Подробнее о фамилии Коимшиди здесь 
http://koimshidi.ru


Tags: Варену, Греция, Имера, Карс, Коимшиди, Кромни, Парти, Понт, Трапезунд, Турция, армяне, геноцид, греки, история, понтийцы
Subscribe

promo kromni july 6, 2020 22:42
Buy for 10 tokens
Дорогие гости Черногории! Предлагаю Вам свои авторские индивидуальные экскурсии - совершить увлекательное путешествие по этой удивительной и красивой стране. Я живу здесь уже больше восьми лет, обошел практически все известные достопримечательности, а также места, куда не ступала нога не только…
Comments for this post were disabled by the author